Центр по научному обеспечению
уголовно-правового воздействия на преступления в сфере спорта

8 октября

Самое главное о деле «Пехштайн против Швейцарии»

Сегодня Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) опубликовал решение по делу «Муту и Пехштайн против Швейцарии», которое добавило ещё несколько важных штрихов к вопросу о том, как соотносятся общепризнанные права человека с профессиональным спортом.

Этого решения ждали многие. Вон, довольный КАС моментально разродился пресс-релизом.

Напоминаю, что я уже разбирал в этом блоге постановление ЕСПЧ по делу «Жанни Лонго и другие против Франции» — дело касалось правомерности внесоревновательного допинг-контроля, который обязывает спортсменов заранее сообщать информацию о своём местонахождении.

Кроме того, пять лет назад я публиковал статью о том, как яростно Пехштайн сражалась за своё доброе имя.

Похоже, сегодня в этой борьбе поставлена точка.

Для тех, кто уже забыл (или вообще не знал) суть её дела, напоминаю.

В 2009 году Пехштайн (суперзвезда и легенда мирового спорта) была дисквалифицирована Международной конькобежной федерацией на два года за подозрительные показатели её кровяного профиля. Немка обратилась в КАС, который, несмотря на требования заявительницы о публичном процессе, провёл слушания за закрытыми дверями. В ходе заседания были заслушаны 12 экспертов, представленных сторонами. Решение о дисквалификации было оставлено в силе.

Пехштайн пыталась обжаловать решение КАС в Федеральный Суд Швейцарии (о том, почему это возможно и какие сулит перспективы, можно прочитать здесь). Немка, в частности, оспаривала способ назначения арбитров, их беспристрастность и отказ провести открытые слушания.

Федеральный Суд Швейцарии отклонил жалобу Пехштайн, указав, что она не поднимала вопрос о независимости арбитров в ходе разбирательства, хотя должна была сделать это незамедлительно. Кроме того, высказанная президентом арбитражной коллегии решимость бороться с допингом не может свидетельствовать о его пристрастности в отношении Пехштайн и о том, что решение коллегии было предопределено.

Относительно закрытых слушаний Федеральный Суд отметил, что заявительница не вправе ссылаться на ЕКПЧ и Пакт 1966 года, так как их нормы не распространяются на процедуры добровольного арбитража. По мнению ФСШ, закрытое разбирательство (предусмотренное Регламентом КАС) не лишило спортсменку права быть выслушанной. Вместе с тем, ФСШ указал, что для повышения доверия к КАС было бы желательно проводить открытые заседания, если того требует одна из сторон. Однако гражданский суд не вправе отменять решения КАС по такому основанию.

Параллельно Пехштайн подняла на уши всю систему немецких судов.

В январе 2015 года апелляционный суд Мюнхена согласился с ее доводами, указав, что мощное присутствие в КАС представителей спортивных федераций делает шансы сторон неравными, а у спортсменов просто нет возможности не признавать юрисдикцию КАС: это условие их допуска к соревнованиям.

Это решение отменил Федеральный суд Германии, который посчитал, что спортсмены всё-таки подписывают арбитражную оговорку добровольно, и это нельзя считать злоупотреблением их уязвимым положением.

Собственно, всё. Теперь непосредственно к решению ЕСПЧ.

В деле довольно подробно описывается история КАС, порядок назначения его арбитров, суть арбитражной оговорки, особенности швейцарского процессуального законодательства и многое другое. Но я не буду утомлять читателей этими деталями. Повторяю, основное можно прочитать здесь.

Замечу лишь, что в декабре 2017 года Европейская комиссия дала чувствительный подзатыльник Международному союзу конькобежцев: правило, согласно которому спортсменам нельзя выступать в соревнованиях, проводящихся не под эгидой ISU, противоречит европейскому антимонопольному законодательству.

В чём заключается суть жалобы Пехштайн? Она утверждала, что ни дисциплинарная комиссия ISU, ни панель арбитров КАС не являются независимыми судебными органами. Кроме того, заседания в КАС и ФСШ были закрытыми. Наконец, Пехштайн не устраивало то, что у ФСШ нет права подвергать пересмотру факты, установленные КАС, и что эта процедура лишает её права на презумпцию невиновности.

Между тем, право на справедливое судебное разбирательство (п. 1 ст. 6 ЕКПЧ) включает в себя и публичный судебный процесс, и независимость суда, и презумпцию невиновности.

В деле развернулась очень интересная для профессионального юриста борьба по вопросу приемлемости жалобы. Не буду, опять же, утомлять менее подготовленного читателя: просто скажу, что правительство Швейцарии настаивало на неприменимости ст. 6 ЕКПЧ к деятельности КАС. Однако ЕСПЧ посчитал, что дисквалификация спортсмена затрагивает его право на профессию и, следовательно, напрямую касается его гражданских прав. А значит — требует гарантий, предусмотренных статьей 6.

Кроме того, швейцарские власти утверждали, что не могут нести ответственность за решения КАС, поскольку их возможность вмешиваться в работу международного арбитража строго ограничена законом. ЕСПЧ на это возразил, что ФСШ в принципе компетентен проверять законность состава КАС и в этом смысле Швейцария может быть ответственной за его деятельность.

В итоге жалоба была признана приемлемой.

По сути жалобы швейцарские власти повторяли довод Федерального суда Германии: признавая юрисдикцию антидопинговых панелей и КАС, спортсмены ДОБРОВОЛЬНО отказываются от каких-то прав, гарантированных статьей 6 ЕКПЧ. Специализированный спортивный арбитраж — это необходимость для современного спорта, и совершенно немыслимо, чтобы он работал как обычный суд. Кроме того, КАС вообще мог бы располагаться не в Европе, что автоматически исключило бы саму возможность ссылаться на ЕКПЧ.

Неравенство между спортсменом и его федерацией — это неравенство между участником и организатором соревнований, оно неизбежно. Если поставить его под сомнение, можно докатиться до аннулирования всего договорного права как такового.

В свою очередь, Пехштайн настаивала на том, что она, как и сотни других спортсменов, фактически была принуждена к признанию юрисдикции КАС. Международные федерации — это монополии в своих видах спорта, и отказ играть по их правилам означает отлучение от спорта вообще. Поэтому выбора у спортсменов нет.

Оценивая эти доводы, ЕСПЧ напомнил, что смысл статьи 6 — обеспечить каждому право на судебное рассмотрение любого спора, касающегося его гражданских прав и свобод. Вместе с тем, статья 6 не препятствует созданию арбитражей, которые являются добровольной альтернативой судебному порядку разрешения споров. Но — только если граждане действительно добровольно подписывают арбитражную оговорку, отказываясь тем самым от судебных гарантий.

Применяя эти соображения к жалобе Пехштайн, ЕСПЧ согласился с тем, что специализированный арбитраж — очень удобная и нужная в спорте вещь. И что добровольный выбор КАС означает, что спортсмен сам отказался от права на справедливое судебное разбирательство.

Однако был ли в данном случае выбор добровольным? Сравнивая это дело со своей предшествующей прецедентной практикой, ЕСПЧ отмечает: положение профессиональных спортсменов в корне отличается от положения обычных коммерческих структур, для которых отказ от арбитражной процедуры никак не ограничивает свободу предпринимательской деятельности.

Спортсмен, который признаёт устав своей федерации, тем самым признаёт и включенную в устав арбитражную оговорку. Альтернатива простая: или признавай юрисдикцию арбитража, или занимайся спортом как любитель. При этом ЕСПЧ отметил, что речь идёт не об участии в каких-то отдельных турнирах (например, ОИ), а о профессиональной карьере вообще. В этом смысле можно сказать, что согласие Пехштайн на разрешение её дела КАС не было добровольным. Оно было вынужденным. Следовательно, нельзя считать, что Пехштайн отказывалась от гарантий, предусмотренных ст. 6 ЕКПЧ.

Однако в вопросе о предполагаемой зависимости и пристрастности арбитров КАС, большинство из которых назначаются федерациями, ЕСПЧ не подержал заявительницу. Суд нашёл, что все её доводы о предвзятости панели голословны и не опираются на какие-либо конкретные факты. По мнению ЕСПЧ, список из более чем 300 арбитров дает спортсменам достаточную свободу выбора и гарантии объективности панели.

Короче говоря, в этом вопросе ЕСПЧ полностью поддержал Федеральный суд Швейцарии.

Зато он согласился с доводами Пехштайн относительно отсутствия публичных слушаний. Пехштайн, например, утверждала, что мнения приглашенных ею экспертов были отклонены арбитрами КАС в насмешливой манере. Однако арбитры никогда не посмели бы этого сделать в присутствии публики.

ЕСПЧ отметил, что суть поднятого в КАС спора касалась фактов и грозила Пехштайн позорящими её санкциями, а в таких случаях участие общества в судебных заседаниях крайне важно. Собственно, это косвенно признали и сами швейцарские власти.

Напротив, закрытые слушания в Федеральном суде Швейцарии не нарушили никаких прав Пехштайн, так как там обсуждались сугубо процедурные юридические вопросы, непонятные широкой публике.

В итоге ЕСПЧ большинством голосов 5 против 2 пришёл к выводу, что ст. 6 Конвенции не была нарушена в связи с предполагаемой пристрастностью арбитров КАС и единогласно решил, что ст. 6 была нарушена в связи с отсутствием публичного заседания КАС по делу Пехштайн.

Немке присуждена компенсация 8000 евро.

Двое оставшихся в меньшинстве судей (швейцарка Келлер и киприот Сергидес) выступили с особым мнением, в котором указали, что состав КАС не является, с одной стороны, независимым и беспристрастным, а с другой — созданным на основании закона. По мнению меньшинства, порядок формирования арбитров (от международных федераций, МОК и НОКов) ставит спортсменов в проигрышное положение, так как они не выдвигают в КАС своих представителей. Существовавшая в 2009 году система создавала чрезмерное влияние федераций на арбитров, и это могло существенно снизить шансы Пехштайн на победу. Даже если предположить, что индивидуально арбитры были беспристрастны, сама структура КАС не была независимой.

Наконец, оставшиеся в меньшинстве судьи утверждали, что компетенция и правовой статус КАС не опираются на какой-либо официальный закон, что является самостоятельным нарушением п. 1 ст. 6 Конвенции.

Однако большинство посчитало иначе. Вместе с тем, счёт 5:2 — довольно скользкий, и очень велика вероятность, что Пехштайн будет апеллировать к Большой Палате ЕСПЧ.

Если коротко резюмировать итоги этого дела, то можно сказать следующее:

-скорее всего, КАС будет менять свой Регламент, чтобы назначать открытые разбирательства по требованию одной из сторон;

-скорее всего, будет пересмотрен порядок формирования списка арбитров в пользу сообщества спортсменов;

-Федеральный Суд Швейцарии изменит свою прецедентную практику в сторону более жёсткого контроля за соблюдением КАС процедурных правил;

-международные федерации сделают норму о юрисдикции КАС более гибкой, предложив спортсменам какие-то альтернативные механизмы рассмотрения споров.

У этого решения ЕСПЧ будут далеко идущие последствия.

Автор

www.sports.ru

(Дата обращения 08.10.2018)

Споры и разбирательства

Футбольный агент Базанов подал иск в суд о банкротстве ФК «Ростов»

Футбольный агент Сергей Базанов подал заявление в Арбитражный суд Ростовской области о признании банкротом ФК «Ростов», говорится в материалах суда.

«Телеспорт» подал иск в Арбитражный суд Москвы на 33,1 млн руб. к учредителю радиостанции «Спорт FM»

Владелец исключительных прав на теле- и радиотрансляции Олимпийских игр в Пхенчанге 2018 на территории России, компания «Телеспорт», подал иск в Арбитражный суд Москвы на 33,1 млн руб. к учредителю радиостанции «Спорт FM» — компании «Медиа спорт», следует из копии иска, имеющейся в распоряжении RNS.

Использование всех произведений на сайте осуществляется в информационных, научных и учебных целях.

Использование изображений граждан производится в общественных и публичных интересах (ст. 152.1, 1225, 1274 ГК РФ).


Наверх
Задать вопрос
используется только для ответа
Отправить Отменить
Задать вопрос

Похоже Вы не из России

Ваш IP-адрес не входит в список Российских интернет провайдеров

Вы можете выбрать нужный Вам язык или оставить русский

Оставить русский язык